Живем в Нижнем
Главная > «Нижегородцы — водохлебы»: какие слова собирал Владимир Даль в Нижнем Новгороде
КультураСтатьи

«Нижегородцы — водохлебы»: какие слова собирал Владимир Даль в Нижнем Новгороде

Интервью с кандидатом филологических наук, завкафедрой креативных индустрий и медиакоммуникаций ИФИЖ ННГУ имени Лобачевского Ириной Толкачевой.

Фото: wikipedia.org

22 ноября исполняется 225 лет со дня рождения Владимира Даля. Для Нижнего Новгорода это дата особая: здесь автор «Толкового словаря живого великорусского языка» прожил почти десять лет, и именно этот период стал самым плодотворным. Как город помог Далю, какие «нижегородские» слова и пословицы попали в словарь и что из его наблюдений подтвердила современная наука — об этом «Живем в Нижнем» поговорил с кандидатом филологических наук, завкафедрой креативных индустрий и медиакоммуникаций ИФИЖ ННГУ имени Лобачевского Ириной Толкачевой.

Содержание

  1. Переезд Даля в Нижний Новгород
  2. Нижегородские пословицы
  3. Слова Нижегородской ярмарки
  4. Как Даль исследовал говоры
  5. Смешные нижегородские слова

— Как переезд Даля в Нижний Новгород повлиял на работу над словарем?

— Переезд в Нижний Новгород в 1849 году стал переломным моментом, который позволил Владимиру Далю перейти от разрозненных записей к систематической сборке «Толкового словаря живого великорусского языка». За десять лет службы управляющим удельной конторой (1849–1859) он собрал огромный пласт народной лексики и довел рукопись словаря до буквы «П». Почему успешный петербуржский чиновник согласился на переезд, который был несомненным «понижением»? Как считают биографы и исследователи деятельности Даля, это было вызвано усталостью, огромными объемами работы, которые не позволяли уделять должного внимания другим — исследовательским и творческим — проектам. Перевод в Нижний Новгород дал Далю более спокойный ритм жизни и время для обработки накопленных за тридцать лет карточек.

А дальше Нижегородская земля сама помогла Далю интенсифицировать свои труды. Прежде всего, речь идет о его работе, когда он управлял делами почти 40 000 удельных крестьян и по долгу службы часто выезжал в уезды. Прямой контакт с носителями языка/говора — это первый и главный способ собирателя не только зафиксировать материал, но и понаблюдать его в естественных условиях живой народной речи. Подсчетов, сколько именно слов с пометами НИЖЕГ (Даль пользовался сразу несколькими вариантами нижегородской пометы: ниж., нижег., нижегор. — «нижегородское» в широком смысле; ниж.-ард., ниж.-бал., ниж.-мак., ниж.-сем., ниж.-сер. — привязка к конкретным уездам Нижегородской губернии (Ардатовский, Балахнинский, Макарьевский, Семеновский, Сергачский); Ниж. г. — отсылка к губернии как источнику) на данный момент не опубликовано, насколько мне известно. Студенты ИФИЖ делали свои ученические подсчеты, но не могу на них ссылаться как на верифицированные данные. Другим важным аспектом быстрых темпов работы над «Толковым словарем живого великорусского языка» именно в нижегородский период стала Нижегородская ярмарка. Ежегодно в течение месяца в город съезжались торговцы, ремесленники и крестьяне со всей России. Даль регулярно ходил по торговым рядам и записывал редкие диалектные слова, профессиональный жаргон, поговорки и речевые обороты.

«Нижегородцы — водохлебы»: какие слова собирал Владимир Даль в Нижнем Новгороде
Фото: Нижегородская ярмарка. Главный дом, автор: Максим Дмитриев, 1890-е годы. Общественное достояние

— В Нижнем Новгороде Даль закончил работу над сбором русских пословиц. Какое значение для него имела эта работа? Есть ли в «Пословицах русского народа» тексты, которые явно привязаны к Нижнему?

— Для Даля работа над сборником «Пословицы русского народа» (рукопись была завершена в Нижнем Новгороде в 1853 году, но из-за цензурных препятствий опубликована только в 1861–1862 годах) имела огромное научное и личное значение. С одной стороны, народная мудрость стала прекрасным иллюстративным материалом для главного труда Даля — словаря, с другой — накопленная за годы поисков сокровищница народных изречений просто не могла раствориться на страницах более весомого труда, она должна была быть собрана и опубликована как единый свод. И здесь Даль, как и при составлении своего словаря, пошел новаторским путем: если для «Толкового словаря живого великорусского языка» характерен достаточно до сих пор уникальный для лексикографической практики гнездовой метод расположения статей, то для сборника пословиц автор выбрал способ разбивки по тематическим группам. Этот способ стал достаточно универсальным для работ такого типа. Сам Даль определял свой сборник как «свод народной, опытной премудрости» и считал пословицу отражением народного ума, нравов, истории и мировоззрения без цензурных прикрас.

В издание вошел целый ряд пословиц и присловий, напрямую связанных с Нижним Новгородом и Нижегородской губернией. Приведем самые известные и те, где отсылка к Нижнему явна (признаемся честно, не всегда правда в поговорках для нас, нижегородцев, может оказаться приятной).

О положении и облике города. «Нижний — сосед Москве ближний: дома каменные, люди железные». «Воды много, а почерпнуть нечего» (намек на то, что город стоит на слиянии двух великих рек — Волги и Оки, но расположен на высокой горе).

О характере и привычках жителей. «Нижегородцы — водохлебы» (то есть большие любители чая). «Нижегород — либо мот, либо вор, либо пьяница, либо жена гулявица».

О местном говоре. «Стоят нижегородцы на горе, смотрят да бают: чай, примечай, куда чайки летят» (Даль специально пояснял, что нижегородцы часто употребляют вводное слово «чай»).

Об истории и ополчении 1612 года. «Мы бы (нижегородцы) не собрались да не встали, так вы бы поганую землю носом копали».

О ярмарке и окрестных селах. «Бородка — нижегородка, а ус макарьевский» (напоминание о знаменитой Макарьевской ярмарке, перенесенной затем в Нижний Новгород). «Кстово — Христово: чарочка маленька, да винцо хорошо». «Татинец да Слопинец (села) — ворам кормилец» (старинная присказка о волжских селах, славившихся разбоем).

«Нижегородцы — водохлебы»: какие слова собирал Владимир Даль в Нижнем Новгороде
Фото: Карелин А. О. Русский музей фотографии

— Повлияла ли Нижегородская ярмарка на «народность» словаря? Ведь это была точка встречи разных говоров. Насколько ярмарочная лексика представлена в словаре?

— Нижегородская ярмарка дала богатый материал по разным специфическим тематическим пластам (торговля, конкретные ремесла и т.п., названия рядов, видов сделок, мер веса, денежных расчетов и торговых уловок, например, барышник, рядиться, сбить цену, маклак). На ярмарке господствовала живая речь вместо книжной: присказки коробейников, прибаутки балаганных зазывал, пословицы и профессиональный жаргон бурлаков и ремесленников. Это напрямую питало главную идею Даля — показать богатство именно живого, разговорного языка в противовес канцелярскому и салонному.

Кроме того, через ярмарку, бывшую главным окном торговли с Азией, в обиход массово входили тюркизмы, персидские и китайские слова. Даль тщательно фиксировал эти названия тканей, пряностей, сортов чая и восточных товаров, объясняя их народную адаптацию. Но нижегородское все равно можно найти в этом пласте, хотя и точечно. Так, само слово «ярмарка» сопровождается у Даля примерами, напрямую отсылающими к нижегородским реалиям, включая поговорку «На Макария Нижегородская ярмарка именинница» (память о прежнем месте торга у Макарьевского монастыря). С темой ярмарки тесно связаны и тайные языки – языки офеней, которые также Даль собирал и изучал.

В «Толковом словаре живого великорусского языка» Даль дает такое определение: афеня (офеня) — это ходебщик, кантюжник, коробейник, щепетильник, то есть мелочной торговец, который разносит и развозит товар по малым городам, селам и деревням. В ассортименте у него были книги, бумага, шёлк, иглы, галантерея, иногда продукты (сыр, колбаса) и украшения (серьги, колечки). Даль хорошо знал этот арго и включил множество офенских слов в общий корпус словаря.

Что же приводит к вопросу о том, есть ли ярмарочное нижегородское в словаре? Опять же путаница с пометами. Даль часто ставил помету «ниж.» (нижегородское) рядом со словами, которые он впервые услышал именно в Нижнем Новгороде — в том числе на ярмарке или на волжских пристанях. Ученые позднее выяснили, что многие из этих слов на самом деле были общеволжскими, костромскими, владимирскими или сибирскими.

«Нижегородцы — водохлебы»: какие слова собирал Владимир Даль в Нижнем Новгороде
Фото: Карелин А. О. Русский музей фотографии

О количестве. В «Толковом словаре живого великорусского языка» торговая и ярмарочная лексика представлена сотнями слов. Вот некоторые примеры.

Маклак — сводчик, посредник при торговых сделках, перекупщик, который наживается на перепродаже. В народе о таком говорили с иронией: «Маклак в барышах, а хозяин в накладе».

Барышник — перекупщик (особенно скота и лошадей), который берет товар подешевле и сбывает подороже. Даль фиксирует и производное «барышничать» – промышлять перекупкой, стараясь выторговать лишнее.

Прасол — скупщик мяса, рыбы, соли, холста или скота по деревням для оптовой перепродажи на крупных ярмарках.

Варяг — в нижегородском и волжском торговом обиходе (с пометой ниж.) так называли мелочного торговца, скупщика, который ездил по селам и скупал разную рухлядь или крестьянский товар.

Рядиться — договариваться о цене, торговаться, уславливаться о плате за товар или работу. Отсюда же «ряд» — торговые лавки одного профиля (например, железный ряд, мучной ряд).

Магарыч (могорыч) — угощение или выпивка, которой закрепляли удачную торговую сделку, чтобы покупка пошла впрок. У Даля приводится поговорка: «Без магарыча и дело не спорится».

Надувать / обвешивать / обмеривать — целый веер синонимов торгового обмана, который Даль фиксировал с особой тщательностью. Например, «объегорить» (обмануть, провести при расчете — связано с Юрьевым днем) или «подсунуть лежалый товар».

Чай-байховый / кирпичный / цветочный — Даль расписывал сорта чая, различая рассыпной (байховый, от китайского «бай-хоа» — белая ресничка) и прессованный (кирпичный), который был основной валютой и напитком в Сибири и на ярмарке.

Балаган — временное дощатое строение на ярмарке: либо для хранения и продажи товаров, либо для народных театральных представлений с Петрушкой и раешником.

Раек — ярмарочный ящик с увеличительными стеклами, в котором показывали лубочные картинки под рифмованные прибаутки раешника.

«Нижегородцы — водохлебы»: какие слова собирал Владимир Даль в Нижнем Новгороде
Фото: пресс-служба Министерства культуры Нижегородской области

— Даль в статье «О наречиях русского языка» упоминал три говора в Нижегородской губернии: заволжский, запьянский и яготский. Кроме того, он выделял ветлужский. Что из наблюдений Даля подтвердилось современной диалектологией, а что оказалось неточным? Какой из говоров, на ваш взгляд, представляет наибольший интерес?

— Владимир Даль, будучи тонким знатоком русского слова, с поразительной для XIX века интуицией уловил реальное диалектное членение Нижегородского края, но дал ему неточные объяснения и слишком дробные «народные» названия. Современная диалектология (классификация диалектного членения русского языка К.Ф. Захаровой и В.Г. Орловой 1965 года) подтвердила выделенные им географические границы, но встроила эти говоры в более строгую систему.

Нижегородская область уникальна тем, что через нее проходит главная диалектная граница русского языка — рубеж между северным наречием (заветлужье) и среднерусскими говорами (Поветлужье и Правобережье), к которым с юга примыкают говоры южнорусского наречия. Что подтвердилось современной наукой? Географическая точность границ. Даль указал реальные изоглоссы (границы языковых явлений). Река Волга и река Пьяна действительно служат четкими диалектными барьерами, которые отражали пути древнерусской колонизации региона.

Заволжский и ветлужский говоры (северная ветвь — хотя на современном этапе более правильным будет говорить об их среднерусской основе, однако с большим количеством севернорусских особенностей, поскольку исторически они относились к Костромской группе северного наречия). Здесь сохраняется даже в начале XXI века (подтверждено полевыми экспедициями ННГУ) оканье, которое, безусловно, разрушается, но не сдает своих позиций, смычное «г» и специфическая северная лексика. Выделение Ветлуги в особый ареал (выделяют Поветлужскую и Заветлужскую зоны) оказалось совершенно оправданным из-за тесных связей с вятскими и костромскими землями. Напомним, что на момент  работы В.И. Даля, территориальные границы Нижегородской губернии были иными, и современные поветлужские территории не входили в ее состав. Однако языковые особенности не знают этих границ.

«Нижегородцы — водохлебы»: какие слова собирал Владимир Даль в Нижнем Новгороде
Фото: Дмитриев М. П. Русский музей фотографии

Запьянский ареал — это юго-восток области, за рекой Пьяной, территория Сергачского уезда. Даль верно подметил своеобразие речи к югу от реки Пьяны (современная Попьянская зона) — в частности, распространенное там цоканье (неразличение ц и ч: «цай», «внуцок»). Современные лингвисты подтверждают существование здесь обособленной группы говоров, сложившейся в условиях позднего заселения и тесного контакта с неславянскими народами.

Яготский говор — это говор Лукояновского уезда. Термин имеет народную основу. Даль зафиксировал яркую фонетическую черту жителей Лукояновского уезда — сильное яканье (произношение «яго», «яму» вместо «его», «ему», «в лясу»), за что местных жителей дразнили «ягунами». Современная диалектология подтверждает, что на юге Нижегородской области (в том числе в Лукояновском районе) действительно вклиниваются акающие и якающие говоры южнорусского типа, принесенные переселенцами из рязанских и тульских земель. Кстати, именно Даль на основе общения указал, что на южных территориях нижегородчины проживают этнические белорусы, что подтвердилось затем и архивными документами.

Что оказалось неточным или устаревшим в классификации Даля? Например, причина цоканья в запьянском говоре. Даль считал, что цоканье и «чваканье» за рекой Пьяной возникли исключительно под влиянием татар-мишарей. Современная лингвистика считает, что цоканье — это древняя славянская (новгородская) черта, которая сохранилась в окраинных и переселенческих говорах, хотя иноязычный (мордовский и тюркский) субстрат действительно способствовал ее закреплению, поскольку особенности этих диалектов не противоречили цоканью.

В середине XIX века научная терминология еще не устоялась. Даль объединял под словом «говор» явления разного масштаба: и огромную севернорусскую диалектную зону (Заволжье), и узкую локальную особенность одного уезда (яготский говор).

Пропуск центрального правобережного массива. В своей триаде Даль сделал акцент на окраинах губернии (севере, юго-востоке и юге), но недостаточно четко выделил центральную часть Правобережья (районs Нижнего Новгорода, Арзамаса, Павлова). В современной науке именно этот массив считается ядром Нижегородской подгруппы Владимирско-Поволжской группы среднерусских говоров.

Что же касается вопроса о том, какой из данных говоров интереснее, то на него не может быть ответа. Для лингвиста важен любой языковой материал, а для современного диалектолога любое диалектное явление, сохранившееся в говорах до сих пор, равно чуду.

«Нижегородцы — водохлебы»: какие слова собирал Владимир Даль в Нижнем Новгороде
Фото: пресс-служба гордумы Нижнего Новгорода

— Если бы вы готовили материал для широкой аудитории и могли выбрать самые интересные, неожиданные или забавные нижегородские слова, которые зафиксировал Даль, какие бы вы выбрали?

— Просто приведу несколько примеров из «Толкового словаря», которые, как мне кажется, вызывают улыбку и показывают богатство и образность русского меткого слова. Некоторые слова фиксируются в «Диалектном словаре Нижегородской области» и в XX и XXI веках.

Балаболка / Балабонить. В Нижегородской губернии так называли болтуна или пустомелю, а также сам процесс пустой болтовни.

Мимозыря. Так в нижегородских краях величали ротозея, зеваку или нерасторопного человека, который постоянно смотрит мимо дела.

Бурлачить. В словаре Даля это не только тяжелый труд по тяге судов бечевой, но и в широком нижегородском смысле — «шататься без дела, повесничать, гулять на просторе».

Калитка. Для большинства россиян калитка — это маленькая дверца в заборе, а в северных регионах – открытый ржаной пирожок. У Даля же с пометкой ниж. зафиксировано неожиданное значение: так называли брюкву (а также пареную репу или брюкву).

Морока. В нижегородском говоре это слово означало туман, пасмурную погоду или мрак, а также наваждение, обман зрения. Очень емкое слово, которое объясняет, почему сложные и запутанные дела мы до сих пор называем «морокой».

Ветродуй (ветродулька). Так в Нижегородской губернии говорили о сквозняке или сильном, пронизывающем ветре, а в переносном смысле — о ветреном, легкомысленном человеке.

Веки-повеки — выражение со значением «навсегда, во веки веков, во всю жизнь».

Пабедки. Мелкие житейские хлопоты и неприятности. В статье Даль приводит поговорку: «Не так беды, как пабедки одолевают».

Заблюдник. Полка или шкафчик в избе для хранения столовой посуды. В картотеке Диалектного словаря Нижегородской области фиксируем и данное слово, и его вариант — наблюдник.

Авторы:

  • (Эксперт)
    Завкафедрой креативных индустрий и медиакоммуникаций Института филологии и журналистики

Материалы по теме

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Старые
Новые Популярные